В споре о взыскании долга по договору займа наследники займодавца требовали с наследников заемщика солидарного взыскания крупной суммы в рублевом эквиваленте. Ответчики заявили о пропуске срока исковой давности, указывая, что по расписке деньги подлежали возврату до конкретной даты. Истец настаивал, что срок возврата не наступил, так как договор предусматривал возврат по требованию.
Суд первой инстанции отказал в иске, применив исковую давность: он установил, что расписка изменила условие договора, установив конечный срок возврата. Апелляция отменила это решение и вернула дело в первую инстанцию для рассмотрения по существу, посчитав, что в расписке и договоре имеются противоречия, требующие оценки. Четвертый кассационный суд с этим согласился.
Верховный Суд РФ отменил акты апелляции и кассации, направив дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. ВС указал, что суды должны толковать договор по правилам статьи 431 ГК РФ, принимая во внимание буквальное значение слов. Подписанная заемщиком расписка, изменяющая срок возврата, является долговым документом. Апелляция не опровергла выводы первой инстанции, не указала, почему отвергла установленные ею обстоятельства, и не вправе была произвольно возвращать дело, не давая оценки доказательствам по существу.
Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 01.03.2022 № 127-КГ21-23-К4 по делу № 2-2096/2020
